Британские подростки и молодые люди до 24 лет всё чаще отказываются от учёбы и работы, замыкаясь в четырёх стенах. Почти миллион человек — каждый восьмой — не учатся, не работают и не проходят стажировки. В правительстве бьют тревогу: если не изменить подход, страну ждёт экономическая катастрофа.
Алан Милберн, бывший министр здравоохранения, а ныне советник премьера по вопросам занятости, представил промежуточный доклад о так называемых Neets — молодых людях, выпавших из системы. Выводы неутешительны: главная причина — не лень, а ментальные проблемы. Тревожность, депрессия, нейроотличия стали эпидемией среди поколения, которое выросло со смартфоном в руках.
«Их мозги перепрограммированы цифровым миром, — говорит Милберн. — Они никогда не отключаются: постоянно в сети, не спят, не могут сосредоточиться. Это не снежинки и не слабаки. Это тревожное поколение». По его словам, молодые люди буквально живут в спальнях — отсюда и термин «bedroom generation».
Цифры пугают: более половины из 946 тысяч Neets никогда не работали. Каждый четвёртый не может трудиться из-за хронических болезней или инвалидности. Среди них 43% указывают главной причиной ментальные расстройства — для сравнения, в 2011 году таких было 24%.
Проблема оказалась острее, чем в других развитых странах. В Британии вдвое больше «выпавших» молодых людей, чем в Японии или Ирландии, и втрое — чем в Нидерландах. Причём последствия растягиваются на годы: те, кто не работал до 23 лет, даже спустя два десятилетия зарабатывают меньше сверстников.
Милберн настаивает: работодателям придётся меняться. Молодые люди не хуже, не ленивее и не глупее — они просто другие. У них нет опыта офисной рутины, зато есть привычка к гибкости и потребность в психологической поддержке. Бизнес, который это проигнорирует, рискует остаться без кадров на фоне падения иммиграции.
Впрочем, некоторые эксперты идут дальше. Бывший директор школы Питер Хайман, советник двух премьеров, призывает к радикальным мерам — вплоть до запрета социальных сетей. По его словам, школа всё чаще становится не трамплином в жизнь, а «конвейером безработицы».
Пока Британия ищет рецепт, миллион молодых людей продолжает сидеть в спальнях. Вопрос не в том, как их заставить работать, — вопрос в том, как вернуть им желание жить.
