В январе не стало Валентино Гаравани — легенды, создававшей одежду для женщин, которые могли себе это позволить. Его мир был миром гламура, яхт и мопсов. Первый полноценный показ модного дома после ухода маэстро логично прошёл не в Милане или Париже, а в Риме — городе, где он жил, работал и умер. Рим просто выглядит лучше.

Гаравани покинул собственный бренд почти двадцать лет назад, но его уникальное понимание красоты стало и вызовом, и наследием для нынешнего креативного директора Алессандро Микеле, возглавившего Valentino в 2024 году. «Это сложная ДНК, потому что красота всегда меняется», — сказал Микеле после показа в палаццо Барберини XVII века. — «Эта коллекция — о Валентино. О красоте. Но также о напряжении между мной и брендом, о красоте, которую я пытаюсь перевести».

Если Валентино стремился, чтобы его «девушки выглядели сенсационно», то Микеле — дизайнер, одевавший Гарри Стайлса в жемчуг для Gucci и использовавший светлячков Пазини как символ антифашизма, — видит моду сложнее. Он посвятил осенне-зимнюю коллекцию своей матери, вспоминая 80-е как «время позитива и блестящих вещей», когда женщины обретали контроль над своим образом и телом. На подиуме — сочные драгоценные тона, мощные плечи, туники с атласными поясами, джинсы в облипку с кружевными подолами и сиреневые колготки.

Выпускник римской Академии костюма и моды, Микеле не видит границы между театральным костюмом и высокой модой. Яркие, почти сценические украшения и манжеты в коллекции — тому подтверждение. Финальный образ — длинное платье с низкой спиной в фирменном красном цвете Valentino — стал прямой отсылкой к основателю.

Выбор Рима неслучаен. Именно здесь Гаравани познакомился с Элизабет Тейлор на съёмках «Клеопатры» и уговорил её надеть его платье на премьеру. Здесь же началась его дружба с Софией Лорен, которая была в Valentino, получая почётного «Оскара» в 1991-м. Он помог проложить путь от римской Виа Кондотти до голливудской красной дорожки. Именно Валентино в 2001 году одел Джулию Робертс в винтажное чёрное платье 1992 года для её триумфа с «Эрин Брокович».

Микеле пришёл в Valentino, превратив Gucci в сокровищницу эксцентричной ретро-эстетики стоимостью в миллиарды. Теперь группа Kering, владеющая Gucci, покупает Valentino, надеясь на подобное преображение и для этого дома, вечно находящегося в тени Dior и Saint Laurent.

«Сейчас странное время для работы в моде, когда за её пределами идёт война, это непросто, — поделился дизайнер за кулисами. — Но я могу делать это, и ничего больше».